Все об Армении

Ереван 27 °С
Время в Армении
USD
EUR
RUB
479.57
538.8
7.36

Евгений Вахтангов

1883-1922
Род. Во Владикавказе в семье табачного
Магната Багратиона.
Основоположник «фантастического реализма».
Создатель «Театра Вахтангова».
Режиссер. Реформатор.

Любая судьба, воплощенная в жизнь, определяется самым большим конфликтом, только с виду кажущимся внешним. А степень противостояния ему приводит либо к трагедии, либо к бессмертию. Впрочем, случается и то и другое.

 

Родители видели сына ученым, во всяком случае – человеком «серьезных» занятий. Окончив гимназию в 1903 году, Евгений уехал в Москву осваивать университет. С факультета естественных наук перевелся на юридический и учился, казалось бы, с охотой. Домой писал полные адвокатских терминов письма и – ни слова о совершенной влюбленности в театр.

В 1909 году, решив, что важнее прямо смотреть в глаза себе самому, чем кому-то другому, он поступил в Адашевскую столичную труппу.

- Я чувствовал, что парю над сценой. Ощущение было колдовским... но хотелось больше тверди под ногами...

Очевидный талант молодого артиста запал в душу увидевшего его впервые Станиславского. Поначалу их отношения складывались по западной схеме «педагог-ученик», когда безапелляционный опыт одного почвой ложится под благодарность другого. Такая гармония, как правило, рождает преемственность, даже если продолжателю не хватает таланта.

Но Вахтангов не только был талантлив, он имел дерзость знать об этом. Его видение реальности, даже в обыденной жизни, носило творческий характер – ему ничего не стоило нарядить ее в сценичность, чтобы подчеркнуть настоящее.

Станиславский, наоборот, воспринимал театр как единственную возможность высказаться, а значит – содрать с правды даже кожу.

Их дискуссии зачастую доходили до ссоры, но никогда не выходили за рамки дозволенного. Станиславский умел при любом стечении обстоятельств оставаться при своем мнении, а Вахтангов обладал даром выносить из общего только главное.

В 1915 году руководство Художественного театра доверило молодому режиссеру постановку «Потопа». Этот спектакль знаменитый американский теоретик театра Джон Гаснер назвал «работой самого талантливого, но отнюдь не самого послушного ученика Станиславского».

К слову, советское, а затем и российское театроведение так и не признало за Вахтанговым права называться реформатором. Развенчивать стереотипы трудно, особенно когда не очень-то и хочется. «Вахтанговский театр», «Вахтанговская интерпретация», «Вахтанговские глаза», наконец... Но никак не «Вахтанговская школа». Разве что в контексте Константина Сергеевича. Определенная доля «вины» лежит и на самом Вахтангове, не любившем все обязательное, условное и написавшем за всю жизнь две-три статьи. Другими словами, он не «завещал грядущему театру стройного «театрального романа». Более того, ставя «Турандот», советовал, просил, убеждал актеров... импровизировать в каждом спектакле и никогда не повторятся. Какая уж тут школа?

Посмотрев первую его работу «Праздник мира», Станиславский не смог скрыть раздражения. В спектакле было так мало его самого! В дальнейшем он не раз пытался «образумить» Вахтангова и считал, что одно его присутствие на репетициях ученика способно «избавить постановку от избытка фантазии». После генеральной репетиции «Потопа» Вахтангов с абсолютно понятной и справедливой горестью писал в своем дневнике:

«Пришли другие люди – Сулержицкий, Станиславский.. Пришли, грубо влезли в пьесу, нечутко, затоптали мое.. хозяйничали, не справляясьу меня, кроили, рубили топором».

А после премьеры Константин Сергеевич подарил ему свой портрет с надписью: «Вы – первый плод нашего преображенного искусства. Люблю вас, как многогранного искусствоведа, педагога и режиссера. Ваш Станиславский».

.... В 1818-19 году Вахтангов перенес операции одну за другой. Лежал в ожидании следующей. В третьей студии Художественного, находящейся под его руководством, началось брожение. Ученики и часть труппы требовали безоговорочного присутствия на репетициях своего режиссера и грозили роспуском. Вахтангов отправил в театр письмо. Потом приехал сам. Говорить было трудно и больно. Не столько физически... Кто-то понял, а кому-то «это напоминало фарс».

Когда дверь за покинувшими студию захлопнулась, оказалось, что оставшихся ровно столько, чтобы создать крепкий и навсегда преданный «костяк» школы Вахтангова.

Подпишитесь на сайт, поставив лайк на официальной странице в Facebook (ЗДЕСЬ), и первыми читайте самые свежие новости, материалы, видео и статьи про Армению и армянскую Диаспору!