Все об Армении

Ереван 28 °С
Время в Армении
USD
EUR
RUB
479.57
538.8
7.36

Епрем Хан (Давтян)

1868-1912
Главнокомандующий Вооруженными сила­ми Персии.
«Дантон востока».

По тайге шли четверо –два армянина, грузин и русский. Три года назад их, как особо опасных преступников, пригнали сюда, на Сахалин, присудив каждому больше десяти лет. По лесу их вел самый молодой, 26-летний Епрем из села Барсум Гандзакского уезда, вооружившись ржавым топором. Все кругом гнило, вонь была нестерпимая, а под ногами – топь и жижа.

Первые три дня шли быстрым шагом. Когда закончились запасы еды, беглецы слегка приуныли, и только воля к жизни и тонкий нюх Епрема, подсказывавший, что море недалеко, не давали им пасть духом. На семнадцатый день вышли к Татарскому проливу. Промышлявшие поблизости охотники оказались сердобольными и не только накормили счастливчиков, но упросили проезжего польского купца провести их на собственной шхуне до Хабаровска, подкрепив «договор» пятнадцатью собольими шкурами...

 

В конце 19-го столетия в восточных вилайетах Османской империи участились спонтанные выступления армян против усиливающегося гнета властей, подстрекаемые провокациями курдских беков. Армяне с царской России всячески помогали своим соотечественникам, высылая им деньги, провиант и, разумеется, оружие. Многие сами пересекали границу и создавали прямо под носом у турок отряды фидаинов.

Весной 1890-го года студент медицинского факультета Петербургского университета Сергей Кукунян, впоследствии – один из лидеров Дашнакцутюн, организовал групповой переход добровольцев из южных границ Карской губернии. Среди самых активных отличился арцахец, выпускник Нерсисянского училища Епрем Давидян, имевший опыт участия в подобного рода акциях – еще подростком он влился в народно-освободительное движение и выступал под именем деда – Асрибекян.

Операция Кукуняна не удалась. Прямо на границе группа нарвалась на отряд регулярных войск. Некоторые погибли в перестрелке, остальные сдались русским. Епрему, как самому безобидному, дали всего лишь... пятнадцать лет каторги и сослали на Сахалин. Оттуда он сбежал через три года.

Осенью 1896 года он добрался до Баку, но оставаться в России не имело смысла. Выяснив местонахождение дашнаков в Персии, он немедленно отправился в город Тебриз, оттуда, по назначению партии – в Карадаг, преподавать в школе армянского села Агазан. Впрочем, Епрему не довелось посвятить слишком много времени мирным делам. Тревожные вести травили душу. В ущелье святого Балтазара у горы Гарансар вооруженные банды полудикого племени мазрик напали на переселенцев из Вана и перерезали всех. Епрем не выдержал и сбежал из села. Записался в отряд известного Севкареци Сако старшиной взвода. Освоив за считанные месяцы фарси, он воспользовался слабостью центральных властей и скоро уже контролировал ситуацию в регионе – наводил порядок, вершил суд над шайками и обеспечивал покой мирным армянским селам в Северной Персии.

Епрем сумел завоевать уважение даже среди коренного населения. В 1902 году он перевез жену и дочь в Тебриз, позже обосновался в городе Рашт. Подчинившись требованию партии, обзавелся заводом, стал попечителем армянских школ...

Епрем Хан с группой фидаинов

В июле 1906 года толпы недовольных запрудили столичный сад перед посольством Англии с требованием свергнуть фактического узурпатора – везира Довлея и учредить меджлис.

Шах выполнил условия демонстрантов, однако через год его сын, Мехмед Али, разогнал меджлис, предварительно обстреляв здание. Члены персидского парламента были арестованы. На диктатора совершили покушение, после чего, вконец озверев, он объявил войну оппозиции по всей стране.

Первое вооруженное противостояние шахским войскам состоялось в Тебризе под руководством Саттар-хана. Его отряды продержались столько, пока в город не ворвалась армянская кавалерия во главе с Севкареци Сако, павшим в этом бою смертью храбрых. Правительственная армия не смогла сдержать натиск и, отступая, подожгла армянское село Мутубар.

В это время Епрем–Хан организовал в Гилане революционный комитет «Энджуман», собрав добровольцев, штурмом взял резиденцию губернатора Рашта. За этим городом последовали другие, несмотря на постоянные пополнения местных гарнизонов войсками шаха.

Слава полководца росла с каждой победой. Из разных концов Персии, Турции, России, Афганистана в его армию вливались свежие силы. Шах, в надежде выиграть время, согласился восстановить меджлис. Однако до лидеров повстанцев дошли сведения о скоплении войск на севере страны, и Епрем-Хан двинул свою конницу в сторону Тегерана. Выиграв жесточайшую битву у моста Караджи, он расчистил себе дорогу в столицу.

29-го июня 1909-го года город пал. Шах, скрывшись в посольстве России, в тот же день уехал в Одессу. Русские войска, охранявшие резиденцию, никак не хотели сдавать задние. Епрем-Хан после долгих переговоров, все-таки убедил командира остановить бессмысленное кровопролитие.

Выпив мировую, тот поинтересовался:

-Не понимаю, что заставляет вас так яростно драться ради конституционной революции персов?

- Интересы моего народа! - был ответ.

Придя к власти, революционеры назначили Епрем-Хана командующим внутренними войсками. Под его начало перешли и армейские соединения. Всего он руководил 60-ю битвами и неизменно выхо­дил победителем. Персидское временное правительство присвоило ему зва­ние сардара (маршала).

Он провел крупные кадровые изменения, чем вызвал некоторое недовольство. Вчерашние браться по оружию стали грызться между собой за теплые места и скоро перешли к вооруженным столкновениям. Этим не замедлили воспользоваться свергнутые сподвижники шаха.

В августе 1910 г. Епрем-хан, приняв под свою команду часть бахтиярских формирований, разгромил отряды азербайджанских революционеров Саттар-хана и Багир-хана, взявших сторону младотурок. 300 бойцов Саттар-хана погибли, сам он был тяжело ранен в ногу. Большая часть азербайджанцев была разоружена.

На подавление другого мятежа, устроенного младшим братом шаха, Епрем-Хан снова поднял свое войско. В одном из боев, когда, забыв про опасность, он склонился над умирающим другом, его достала пуля снайпера...

За гробом шел весь Тегеран. Траурная музыка прерывалась лишь для того, чтобы произвести очередной залп орудий.

Мировая пресса уделила смерти «Гарибальди Востока» первые полосы газет. Французская «Ле Сиекл» писала:

«... Наделенный сказочной храбростью и завоевавший большую славу, Епрем совершил чудо – стал национальным героем в мусульманской Персии... Не будучи ни персом, ни мусульманином... Он был армянином христианской веры».

Подпишитесь на сайт, поставив лайк на официальной странице в Facebook (ЗДЕСЬ), и первыми читайте самые свежие новости, материалы, видео и статьи про Армению и армянскую Диаспору!